О \»сливах\»(которые не плоды)и доле \»четвертой власти\».

О "сливах"(которые не плоды)и доле "четвертой власти".

Недавно
прошло очередное «эпохальное событие» — была «рассекречена» очередная
«секретная информация». А именно – «международный консорциум
журналистских расследований» (ICIJ) опубликовал «масштабное
расследование теневых схем политиков международного масштаба»,
полученных из т.н. «панамского архива». Т.е. из полученных неким
образом документах панамской юридической компании Mossack Fonseca,
занимающейся сопровождением сделок и регистрацией офшоров по всему миру.
Впрочем, разбор этого достаточно мутного источника – поскольку,
понятное дело, документы были получены не официальным образом, а
переданы неким бывшим сотрудником данной фирмы, даже имя которого
неизвестно – надо делать отдельно. Пока же нам стоит обратить внимание
на то, что это – не единственный, и не первый «слив» подобного рода,
произошедший за последние несколько лет.
А главное – на то, что
каждый раз подобные «вбросы» проходят через одну и ту же «эволюцию». А
именно – все начинается заранее нагнетаемой «важностью» и
«переломностью» момента. Дескать, через некоторое время «мир больше не
будет прежним». Затем следует сам «вброс», определенная реакция общества
и… И все! Как правило, не позднее, чем через месяц указанная тема
сходит с первых страниц СМИ, и далее упоминается все реже и реже. И уж,
разумеется, никаких «основ мира» данные «сенсационные заявления» не
колышут, приводя лишь к достаточно вялым и, судя по всему, чисто
«ритуальным» действиям. К примеру, после самого известного «разоблачения
века», а именно – скандале с «Викиликсом», практически единственная
реакция США (т.е., страны, крайне неприятно выставленной в этой истории)
состояла в сокращении на 90 % системных администраторов АНБ и замене их
машинами. Ну, и в соответствующем изменении регламента работы этого
органа. СССР .
Соотношение сил сразу изменилось – и то, что еще недавно выглядело, как
норма, да и потом оставалось допустимым, если прикрыть все фиговым
листом легальных процедур, теперь стало неприемлемым.
* * *
Именно
с этого времени СМИ получили столь привычное нам наименование
«Четвертая власть». Сейчас это выражение настолько прочно вошло в
лексикон, что мало кто задумывается над его значением. Обычно считается,
что современный человек настолько «плотно» опекается СМИ, что они имеют
возможность «по своему разумению» менять общественное мнение. Однако
мало кто догадывается, что ключевым тут является вовсе не возможность
влияния на людей, а именно «по своему разумению». Т.е., определенная
свобода высказываний, не зависимых от «власть предержащих». Однако
подобная возможность, как не странно, далеко не очевидна. Во-первых,
понятное дело, что для этого необходима определенная свобода печати –
вещь, далеко не простая и исторически довольно новая. Обыкновенно ее
выводят из американского «Билля о правах», и уж конечно, из «Декларации
прав человека и гражданина» времен Великой Французской революции, однако
в законодательство большинства стран оно было внесено лишь к концу XIX
началу XX века. Т.е., тогда, когда все большие массы людей обретали
политическую силу. Но реально полную свободу СМИ получили лишь полвека
спустя.
Но, как не странно, и свобода печати, сама по себе, не
имеет особого смысла, если ограничивается круг распространения СМИ.
Т.е., до тех пор, пока массы не получат «финансовый» (доступная цена) и
«физический» (грамотность) доступ к ним. Именно это превратило газеты и
журналы (а именно к ним сводились СМИ до 1930 годов) из «элитарного
чтива» в массовое. Что, впервые дало реальную финансовую независимость,
гораздо более важную, нежели отсутствие прямых запретов. Ну, и
разумеется, не последнюю роль во всем этом составляет наличие доверия
читателей к прессе – ведь очевидно, что если она воспринимается, как
нагромождение вранья, то никакого влияния на людей иметь она не будет.
Это значит, что для того, чтобы СМИ воспринимались, как реальная сила,
они должны получить некий «кредит доверия», т.е., показать нечто такое,
чего без них невозможно было бы узнать. И, понятное дело, «это» не
должно быть пропагандой. Именно при этих условиях становится возможным
говорить о СМИ, как если не о «четвертой власти», то, по крайней мере, о
чем-то, отличным от «официального рупора» правящих классов.
Подобное
положение, как уже было сказано выше, оказалось достигнуто к середине
XX века. И с того времени стало считаться нормой – хотя еще лет сто до
этого для всех очевидной была полная продажность прессы, равно как и
глубоко служебная ее функция. Однако, как и огромная часть всего того,
что было создано в середине века, «естественность» подобного положения
оказалась весьма условной. Ключ к случившемуся лежит – как и писалось
уже не один раз – в падении и гибели СССР, так же резко, как его взлет,
изменившей сложившееся соотношение сил. А именно – лишившему основные
массы главного козыря в борьбе с элитой. Более того, забывшиеся за
десятилетия «стабильности» навыки классовой борьбы привели не просто к
откату ситуации к довоенному времени, а к падению ее куда-то на середину
XIX века – во времена полновластия «лучших» и бесправия «низов».
Правда, высокая инерционность общественной системы еще долго давала
иллюзию сохранения прежнего положения – но к настоящему времени
реставрация «старого порядка» стала уже хорошо заметной.
Т.е.,
для все большего числа людей становится очевидным, что целью политики
является благополучие «лучших» — представителей элиты, крупных
корпораций и т.д. – а вовсе не «народное благо», даже в «кастрированном»
варианте буржуазной демократии. Так что же удивляться в подобном
случае, что те или иные политики «неожиданно» направляют свои усилия
вовсе не в борьбе за благополучие «среднего человека»? И одновременно,
все более становится понятным, чем дальше, тем меньше можно говорить о
какой-либо «свободной прессе» в том смысле, которое это значение имело в
1960-1970 годах. По сути, можно сказать, что после гибели СССР мир
«провалился» обратно в середину XIX века – и это в лучшем случае. (В
худшем же можно наблюдать прямую реставрацию средневековых норм.)
* * *
А
это значит, что понятие «общества» опять «скукоживается» до
господствующих классов, ну, и соответственно, «общественное мнение»,
включая выражаемое в СМИ, опять сводится исключительно к мнению
верхушки. «Нищеброды» же, к которым – опять-таки, по тем же нормам XIX
века – отбрасывается большая часть населения, опять никого не
интересуют. А значит – страх у политиков, что кто-то узнает о их
«подковерных» делишках, и им придется уйти, постепенно исчезает. Нет,
конечно это не значит, что сейчас можно заявлять о гибели миллионов
представителей «быдла» и заявлять, что это следствие прогресса – нет,
пока еще следует проявлять некую осторожность. Но вот не бояться
«случайного», единичного «вброса», пришедшего из «источников, которые
нельзя опубликовать», уже можно. Именно поэтому так уныло «гаснут в
пространстве» такие вещи, которые еще недавно взорвали бы мир. Если
честно, то все это, конечно, печально – поскольку значит, что раскол
между теми, кто управляет миром, и всеми остальными, вырос колоссально, и
прежние, «легальные» и мирные «методики» воздействия на этих
«небожителей» утратили окончательную силу.
Но это не значит, что
для данной цели не существует других методов. Гораздо менее приятных
для всех участников, однако, от этого не менее действенных. В конце
концов, когда «все начиналось» более полутора веков назад, ситуация была
еще хуже – но итогом всего этого стал мир, достигший невиданных высот.
Так что надежда есть. Хотя и не та, которая ожидалась…
http://anlazz.livejournal.com/117296.html
inspect.by

Добавить комментарий