Годится ли России англосаксонский изоляционизм?

Годится ли России англосаксонский изоляционизм?

Попытка Трампа реанимировать традиционный американский изоляционизм придала новый импульс симметричным настроениям в русском обществе. А таковые всегда оживлялись в России в трудные времена её истории.
Последний всплеск таких настроений пришёлся на время распада социалистического лагеря и парада суверенитетов. У некоторой части русского общества тогда сложились ощущения, довольно смутные, что дружественные государства и национальные меньшинства внутри СССР «объедают русский народ».
Искусно подогреваемые идеологами нарождавшегося русского национализма, эти подозрения, безусловно, сыграли свою роль в легитимации развала соцлагеря и разрушения самого СССР.
Парадоксально, но сегодня эти настроения каким-то странным образом иногда оказываются вплетены в новый русский великодержавный патриотизм, порождённый уже путинской эпохой возрождения политической субъектности России.

«Наши друзья — армия и флот», нам никто не нужен, все союзники хотят только паразитировать на России, а в нужный момент всё равно предадут, отгородимся от азиатских гастарбайтеров стеной, как Трамп от Мексики, и заживём — примерно такими штампами мыслят сегодня многие «патриотические» российские обыватели. Довольно, мол, с России попыток облагодетельствовать весь мир — пора пожить для себя.

Но стоит ли России брать здесь пример с Америки и всегда ли русскому пойдёт впрок то, что здорово англосаксу?
* * *
Историческим предшественником американского изоляционизма, который пытается сегодня оживить Трамп, является знаменитая британская политика «блестящей изоляции», чья суть сформулирована лордом Палмерстоном: «у Британии нет ни постоянных союзников, ни врагов, но есть постоянные интересы».
Хотя слово «изоляция» здесь скорее затемняет понимание, чем приближает к нему. Это означало вовсе не обрезание всех внешних связей, а скорее установку на игру в одни ворота: доступность для Британии чужих рынков и ресурсов при закрытости собственного рынка для чужаков, нежелание связывать себя какими-либо долговременными обязательствами.

При ближайшем рассмотрении эта пресловутая splendid isolation есть не что иное, как рациональная стратегия поведения игрока на рынке. В данном случае система международных отношений понимается тоже как рынок, поскольку в обществе, в основе которого лежит индивидуализм, рынок понимается не только в сугубо экономическом смысле, но и максимально широко — как метафора любых возможных отношений между индивидами.

Как известно с времён классиков политэкономии, на любом рынке действует закон отрицательной обратной связи, выражаемый лапидарной формулой «богатые богатеют, бедные беднеют».
Читать дальше: Годится ли России англосаксонский изоляционизм?