Теория права и практика бесправия

Теория права и практика бесправия

Самым, пожалуй, острым и интересным вопросом в теории государства и права является вопрос о балансе свободы и обязанностей человека. И государство, и право являются инструментами принуждения и подавления. Но именно на них современным обществом возложена обязанность быть гарантами «прав и свобод человека и гражданина». По сути, их обязали самим восстанавливать то, что они же и разрушают. Здесь большая и опасная развилка. И суть её вот в чём…

Закон противоположен интересу.

Законодательные ограничения требуются только там, где человек, с точки зрения общества должен поступить вопреки своим интересам. Там где властвует интерес – закон не нужен. Требуется ли принуждать человека делать (или не делать) то, что он и сам по себе остро желает (или не желает) делать? Есть вещи, которые человек волен делать или не делать — и это свобода. А есть вещи, которые человек обязан делать под страхом кары — и это закон (сперва небесный, позже — земной)
Скажем, если я не хочу никого убивать сам по себе, исходя из моральных убеждений, то закон о запрещении или разрешении убийства никак не влияет на мою практику. Мне не нужен посторонний запрет, раз я сам себе запретил, и мне не требуется разрешение – поскольку я всё равно этого делать не намерен…Гражданское и международное право вырастают, конечно же, из религиозных заповедей. Эту последовательность подчёркивают все учебники по правоведению: вначале табу и сакралии, потом рационально сформулированные правила сосуществования людей в обществе. Является ли гражданское право высшей ступенью — или лишь лунным, отражённым светом своего первоисточника?У прогрессистов ХХ века принято было считать первое. Нас же жизнь всё более склоняет ко второму ответу: погаснет солнце, не будет светить и Луна. Не останется у человека в душе ничего святого — каюк придёт и гражданскому, и международному праву. Нужно напоминать иллюстрации?!+++Закон можно считать простым и необъяснимым капризом сильного, типа «хочу, чтобы все мужики бороды брили» или «ходили в париках с панталонами». И это, дескать, закон. И другого нет…Но правильное, рациональное построение закона — выводит закон не из каприза диктаторов, а из общей логики права. Хороший закон выводим логически: его можно в целом предвидеть, даже если никогда не читал. Есть принципы, и они раскрываются в системе запретов и поощрений, преследующих цель свести жизненное многообразие к единым общим принципам. Принцип (правовой) – единый стандарт отношения ко множеству одинаковых по сути событий. Это понимают даже англосаксы – в теории: «Принцип – это посылка… имеющая обобщающий характер… «для всех X, что соответствуют условиям, Y есть правда»[1].Christian List и Laura Valentini высказались коряво, но суть понятна. Принцип не смягчает и не ужесточает отношения к явлению соответственно выгоде ситуации. Отсюда и выражение – «принципиальный человек», который порой даже доходит до абсурда «из принципа». Принцип не учитывает выгоды или невыгоды конкретных лиц в конкретной ситуации, потому что «имеет обобщающий практику характер». В теории государства и права есть много принципов обобщающего свойства: принцип равенства всех перед законом, принцип презумпции невиновности, принцип ответственности за вину и т.п. Естественно, он исчезает, если он не всеобщий. Если перед законом равны не все, а только некоторые – тогда попросту нет принципа равенства перед законом. Если презумпция невиновности не распространяется на всех – её нет. Если доказанная вина в одному случае влечёт ответственность, а в другом нет – то нет принципа ответственности за вину (его сменяет произвол настроя у «решалы»). Принципы могут быть очень разными – главное, что они носят общий для всей конкретики характер оценки. Можно провозгласить принцип «особа монарха священна» — но тогда любого монарха, а не только дружественного тебе. А можно наоборот, считать, что монархия недопустима – но тоже появляется обязанность отрицать всякую монархию, а не отдельно взятые и лично тебе по каким-то причинам неприятные.Я так долго и занудно эту манную кашу теории размазывают по тарелке, чтобы вывести читателя на очень краткий тезис:

-Убив принципы и принципиальность, Запад убил цивилизацию. И вообще, и в себе.

Мне кажется очевидным, что человек с «готтентотской моралью»[2] не может считаться цивилизованным человеком. Да, всякое человеческое общество, на низшей, первой ступени своего развития, когда все его поступки и мотивации ещё зверины – начинается с «готтентотской морали». Она наиболее проста, наиболее практична и наиболее очевидна. Но развиваясь, общество обязано её преодолевать – и в её преодолении, собственно, и заключается само развитие цивилизации. Следует отличать ситуационный, конспиративный подлог от демонстративных и вызывающе-продекларированных проявлений звериной беспринципности.
Читать дальше: Теория права и практика бесправия