Искушение жертвой

Искушение жертвой

Какая палитра красок, какой окрас в либеральных предвыборных речах, диву даешься, насколько изощрен в манипуляциях ум человеческий! Становишься невольным свидетелем парадокса, когда смыслы меняются как перчатки и каждый из них преподносится очередной истиной в последней инстанции. То народ – агрессивное быдло, препятствие на пути к прогрессу, то он – жертва кровавого режима. Что отражается в таких парадоксальных суждениях, какая программа развития заготовлена, обыденному человеку сходу понять трудно. Легко взять на себя роль жертвы, к принятию которой так незаметно, искусно подталкивают сейчас неискушенных в интригах людей. Исподволь предлагается сценарий, в котором есть жертва и хищник. Сценарию много тысячелетий, меняются его формы, но суть одна и та же – в мире есть хищники и есть жертвы.
И все было бы справедливо в этом «кино», если бы не одно обстоятельство. Помимо этого в мире есть еще и разум. У животных есть биологическое тело, которое требует питания и есть природой определенная ему цепочка питания. Для одних видов оно агрессор, а для других – само жертва, пища для них. Но у животных нет разума, зато человеку, помимо тела, разум дан, наверное, для того, чтобы не ел себе подобных, не был социальным каннибалом.
Каннибализм принял такие изощренные формы, что сам результат поедания человеческой жизни воспринимается как естественная ее убыль. На идее жертвы построены дворцы и яхты, на этой же идее выстроен глобальный план и принято решение — какой должна быть жизнь. Для кого должен быть успех, для кого поражение, движение вперед или отставание, приобретения или потери. Все суждения обусловлены ролями в этом сценарии. Статус человеческого разума низведен до плинтуса, а жизнь биологическая, которая по определению требует пищевых цепочек, дошла до уровня социальной зоологии, в которой жертва даже не осознает своего пищевого предназначения. Про сценарий и возможность выхода из него ей никто не сообщает. Жертва сама принимает решение быть ей. Она становится ей тогда, когда начинает без оснований обвинять кого-либо в чем-либо. Как только нашла виновного – все, — она – жертва. Необоснованное суждение и обвинение – сладкая парочка средств создания жертвы «змеем-искусителем». Сладостью обвинения жертва упивается до тех пор, пока ее саму не осудят и не скушают в той или иной форме. Жертва начинает играть свою роль нападением на того, кого считает своим агрессором. Революция 1917 года взросла на дрожжах народной ненависти, когда манипуляторы убедили народ, что он жертва, а его палач – царь-самодержец. Кто от этого приобрел, а кто потерял – изучайте историю. Перестройка разрушила СССР по той же причине. Избалованный к концу 80-х годов народ убедили в том, что он – жертва советской власти. Я хорошо помню этот период избалованности. В чем он проявлялся? В своем большинстве народ не хотел работать, а вот права качать умел. Главная трудность в управлении производством была в том, что ИТР по сравнению с рабочими получали копейки, а несли ответственность в разы больше, при этом рабочие на местах заносились не в меру, набивали себе цену. Управленцам приходилось заниматься эквилибристикой, чтобы не сорвать производственный процесс, сама испробовала это действо не раз на своей шкуре. Интеллигенция же по большей части баклуши била, особо ничем не обремененная. Теперь, по происшествие всего, кто из них от перестройки выиграл?
Читать дальше: Искушение жертвой