Тайная суть частной собственности: (очень) краткая история политэкономии

Не охота обсуждать новостной поток, домысливать и давать ему оценки. Это – как чесаться, обнимать дым, коту гоняться за собственным хвостом или дразнить им собачью свору. А вот поговорить о подспудных мотивациях политических событий мне представляется более важным. Одним из таковых глубинных побуждений является экономика, а точнее, собственность.

Почему собственность стала частной, почему не присуща другим биологическим организованным коллективам, откуда, вообще, в коллективном по своей сути человечестве взялась эта святыня либеральных течений?

Одни говорят, что это – инстинкт для выживания сильнейшего: моя кость, моя жена/муж и моя пещера. Тогда, не совсем понятно, как выживали до этого в свете социолингвистической теории, согласно которой, личное местоимение «я», а значит, и его притяжательная форма «мой, моя, моё», начали появляться на свет в обиходе и мыслях, чуть более 3 тыс. лет назад. Где-то между составлением эпической (пример коллективного самовосприятия) «Илиады» и повествованием «Одиссеи» (появление индивидуального сознания). В то время как жилищное использование пещер вошло в моду задолго до этого.

Другие, утверждают, что частная собственность естественным самотеком превращается в капитал, а тот — в наследство. Вроде, для продолжения своего рода и коллективного дела: наша семья, наша банда, извините, команда. Как бы продления, таким образом, бренного существования, в делах и в материи. Однако далеко не все собственники имеют особенность быть заботливыми отцами семейств и, еще менее, печься о коллективе. Вернее, наоборот, эгоизм — их религия. Более того, науке известно, что заботливость – удел, более свойственный неимущим слоям населения.

Третьи считают её непременным условием для дележа, а значит грабежа, войн, революций и насилия, как главным механизмом контроля роста популяции. Своеобразная кость раздора и соблазна с функцией контрастного духовного развития и демографической саморегуляции, одновременно. Судя по фактам, вполне возможно.

Не умоляя вклада вышеперечисленных мотиваций в развитии человечества, позволю выдвинуть альтернативную теорию. Суть её заключается в необходимости создания личной ответственности собственника за общественные активы, иными словами, в социальной роли частной собственности.

Все сущности (монады) имеют тенденцию группироваться. Бактерии — в колонии, рыбы — в косяки, птицы — в стаи, животные — в стада или там популяции, а человек — в социум. А коли есть общественный организм, то должна существовать, соответствующая инфраструктура и средства – активы — для его развития и обеспечения растущих потребностей составляющих монад.

Вот тут и забит «гвоздь преткновения». Человечество — не муравьи, которым для сносного выживания много не требуется. Человек тем и отличается от предшествующих видов, что требователен: выдвигает все новые и новые пожелания и дополнения к своему быту. В его психической деятельности – 90% энергии уходит на удовлетворение разнообразных желаний и фантазий и только 10 оставшихся идут на жизнеобеспечение и сон. Да и фантазии у него сами по себе не обладают свойством самоограничения, если их специально, посредством разных духовно-религиозных, ну или воспитательных практик, не усмирять.

Создать или содержать дорогую инфраструктуру для удовлетворения собственных нужд — будь то Большой Театр, МГУ, «Центр Здоровья» с протонной пушкой для раковых пациентов, надежные дороги и самолеты, ТЭЦ, ГЭС, или даже, Московский зоопарк, — никому, даже самым «сильным мира сего», не под силу. Вернее, не выгодно. За пользование развитой инфраструктурой желаний многие готовы платить, но мало, кто создавать и отвечать за её работу.

Подходим к диалектической связи собственности и бизнеса: Этот является производным от той, и эта — от того. Друг без друга — немыслимы. Собственность понуждает к общественно полезной (вернее — требуемой обществом) деятельности, получившей название «бизнес», а бизнес побуждает к извлечению максимального дохода от собственности. При том, что без внутренней мотивации разбогатеть, приумножить собственность, нам не обойтись. К счастью, недостатка в личных амбициях и алчности общественный организм никогда, до сих пор, не испытывал и, уверен, не испытает.

Для возложения на бизнес ответственности за общественную инфраструктуру стал необходим коллективный капитал, означающий и разделенную ответственность. Но, иногда, и этого оказывалось недостаточным для успеха. Дело — в цене товара-услуги и в скорости оборота капитала. В условиях экономического неравенства, необходимого для приумножения капитала, то, что нескольким богатым кажется сносным по цене, для массового рынка — не подъемно. Бизнес буксует, дело теряет смысл. Финансовое напряжение и долги снимаются периодической перезагрузкой товарно-денежных отношений в виде экономических кризисов или войн. Это — одна из первых и не совсем удачных парадигм взаимоотношения общества и бизнеса в современной истории.

В ответ, после глубокого кризиса начала 20 века, возникла «гениальная» идея возложить общественную функцию собственности на государство. Что из такой парадигмы вышло, думаю, объяснять никому не требуется. Ничего эффективного: и общественные деньги тратились, человек не менялся, инфраструктура чаяний чахла, и особой радости массам не приносила. Более того, возросшие со временем запросы населения, не успевали удовлетворяться, а сложности централизованного управления и общественного контроля, за все усложняющейся экономикой, создали тяжелую, дорогую и непроизводительную армию чиновничества, которая и погубила СССР.

Осознав бесперспективность такой парадигмы, народы её пестовавшие, вернулись, к тому, отчего когда-то отвернулись. Спешно из общественного создали крупный частный капитал (в залог якобы такого же крупного будущего интереса собственника) и поклонились бизнесу, как когда-то наши предки варягам: — Берите, что готовы (у)-нести, пользуйтесь, нас (от)-благодарите, но и народ не забывайте, если лишки останутся.  Кое-где, кое-какие излишки остаются и народ ими, вроде, довольствуется. Вот так и возникла современная Россия.

В других же странах — «золотого миллиарда» — для выхода из кризиса, решили поубавить амбиции, богатеть не так быстро, поддерживать максимальную демократизацию капитала, практически, распылив его на бирже, через различные условные механизмы («деривативы») и постоянные эмиссии, благо глобальная экономика этому способствует. Целью чего является активизация покупательных способностей и лояльности в социуме. Общество пришло в раж азарта и в нем укрепилось убеждение, что бумажная прибыль и деньги её выражающие, – превыше всего

Побочный эффект – нравственный и экологический упадок – загрязнение моральной и физической среды обитания, ставшие сиротами в азартном мире-казино. Будь ты хоть золотой рыбкой «золотого миллиарда», но плавать в общественных нечистотах общего водоема неприятно. Да и с мировыми экономическими и политическими пертурбациями такая система не покончила. Кроме того, из геополитически «обиженных» анклавов начали доходить волны их исторической мести в виде международного терроризма без границ и полного отсутствия, привычных для «демократического» большинства, ценностей.

Итак, с начала 20 века были перепробованы основные 4 варианта построения взаимоотношений между обществом и экономикой — инструментом удовлетворения его растущих потребностей. Осталась ещё один, пятый, элементы которого начали относительно успешно обкатываться в некоторых развитых странах, таких как Швеция, Дания, Исландия, Швейцария, Япония и, даже, Китай.

Его суть заключается в том, что гарантом всех общественных интересов выступает государство, а эффективным исполнителем частный бизнес. Каждому своя функция. Государство выполняет свойственную ему роль планирования и организации общества в национальных масштабах и интересах. А частная инициатива воплощает их в жизнь, эффективно заполняя, выделенную ему обществом, делянку. Таким образом, интерес социального организма всегда возвышается над своекорыстным. Что и требуется доказать!

Однако система работает только при условии развитой общественной нравственности с нулевой толерантностью к её нарушениям, в сочетании с эффективными механизмами разделения интересов государства и бизнеса, общего интереса от своекорыстного … или же, в их отсутствии, при существовании рационального долгосрочного планирования и контроля со стороны «искусственного интеллекта». Это, в свою очередь, представляется возможным при наличии над партийной концепции национального развития, принятой обществом в виде цели.

Читать дальше: Тайная суть частной собственности: (очень) краткая история политэкономии