Нужна ли миру такая Европа? (\»Star gazete\», Турция)

Нужна ли миру такая Европа? ("Star gazete", Турция)

Вопрос, вынесенный в заголовок, звучит не столько в странах, которых в Европе не желают видеть ни в каком виде (то есть в Турции, например), сколько внутри самого Европейского Союза (ЕС). Сейчас мы переживаем новый «переломный момент» в истории, и в такое время люди задаются самыми радикальными вопросами.

Нужна ли миру такая Европа? ("Star gazete", Турция)

Вопрос, вынесенный в заголовок, звучит не столько в странах, которых в Европе не желают видеть ни в каком виде (то есть в Турции, например), сколько внутри самого Европейского Союза (ЕС).

Сейчас мы переживаем новый «переломный момент» в истории, и в такое время люди задаются самыми радикальными вопросами.

В моем понимании «процесс интеграции с ЕС», который турецкая элита воспринимает как основной рецепт «модернизации Турции», уже не зависит от действий нашей страны. Он, скорее, становится жертвой «периодически повторяющегося процесса распада» Европы.

Конец элитарного движения?

Хотелось бы привлечь внимание молодых читателей к одному важному историческому факту: ЕС проявил себя как форма интеграции, которая возникла не с «общественной волной», поднявшейся на континенте, а была создана «политическими элитами».

Поэтому ЕС дошел до наших дней не как некий конструкт, чье существование обусловлено политическими предпочтениями народов в составе союза, а как образование под контролем «элитарных кругов», которые осели в Брюсселе и Страсбурге и постепенно превратились в «попечителей всего континента».

«Элитарная традиция» в образовании ЕС вывела на первый план не предпочтения жителей стран-членов, а решения технократов и бюрократов.

Расширение ЕС, которое началось с окончанием холодной войны ради укрепления политических границ под эгидой НАТО, было изобретением все той же элиты. Открыв двери для экономически слабых Кипра, Болгарии, Румынии, эта элита решила оставить за бортом Турцию, даже не спросив народы Европы.

А теперь мы подошли к стене, мы уперлись в нее. И стена, возникшая на пути в ЕС, оказалась даже выше той, что стояла когда-то в Берлине и символизировала разобщенность континента.

Демократия — причина распада?

Герфрид Мюнклер (Herfried Mnkler) — видный немецкий политолог. Его лекции в Берлинском университете имени Гумбольдта стали сегодня одной из самых обсуждаемых тем в академических кругах. Поводом для дискуссии послужило то, что одна из серии его статей о будущем ЕС носит название «Демократизация не спасет Европу: пришло время централизации власти» (Der Spiegel). Признавая, что ЕС является элитарным движением, Мюнклер отмечает: союз способен держаться на плечах политической элиты стран-членов, а активное участие народа в управлении и политических институтах приведет к его распаду.

Особенно важным выглядит следующий момент: в центр политолог ставит ось Франция — Германия, в то время как новые члены, прежде всего страны Восточной Европы, вытесняются на периферию. По мнению Мюнклера, внимание к предпочтениям народа приведет к распаду ЕС, поэтому «демократизация институциональной системы» станет большой ошибкой.

Учащиеся Университета имени Гумбольдта не оставили эти идеи без внимания. Они создали специальный блог и выступили против «элитарных» («дискриминационных») лекций их преподавателя. И здесь началось самое интересное: немецкую прессу вдруг наводнили комментарии, направленные против этой группы студентов, а последнее опубликованное ими сообщение не упомянула ни одна немецкая вещательная организация (хотя прошло уже пять дней).

В этих условиях не стоит удивляться тому, что страна Меркель, которая в Берлине расстилала перед путчистом Ас-Сиси красную ковровую дорожку, арестовала египетского оппозиционного журналиста по решению путчистского суда.

Справедливые слова Эрдогана

Понятие, которое мы называем «глобальной системой», — это некий союз избранных. Поэтому найти разницу в подходах к политике у Мюнклера и, например, какого-нибудь «белого турка» (понятие для обозначения представителя узкого привилегированного слоя, члены которого придерживаются светской идеологии — прим.пер.) непросто. Например, если их не устроят итоги выборов, они оба могут прийти к выводу: не все можно решить голосованием.

Именно это противоречие понудило Эрдогана обвинить ЕС в лицемерии, особенно после переворота в Египте. Европейская элита предпочла сотрудничать с элитой, а вовсе не с народом Египта.

Мы все отчетливее видим, что концепция европейской демократии формируется с помощью средств массовой коммуникации, по мере возможности, она характеризуется низким уровнем участия народа и удовлетворяет требования «элит».

А когда турецкая интеллигенция (!), недовольная выбором народа своей страны, скребется в двери европейских элит и жалуется на свою страну, это не безысходность, а обращение к «классовой солидарности».

Речь идет о мышлении, для которого голосование народов в пределах европейских политических границ является чем-то опасным. Чего только не сделает это мышление с Мурси или Эрдоганом?

Завершим эту тему вопросом, который пять лет назад прозвучал из уст Жака Делора (Jacques Delors), французского политика, который, наряду с бывшим канцлером ФРГ Гельмутом Шмидтом, считается создателем сегодняшней европейской мечты: нужна ли такая Европа современной европейской молодежи?

Ответ, по сути, дает греческий премьер-министр Ципрас.

Добавить комментарий