Станислав Бышок: «Чёрная книга нацпредателей» и немного Навального

Из того, что «цветная революция» в России невозможна, вовсе не следует, что она не состоится. А помолодение целевой аудитории Алексея Навального указывает, во-первых, на то, что слухи об аполитичности молодёжи сильно преувеличены, а, во-вторых, на необходимость государства уделять больше внимания активным старшеклассникам и младшим студентам.
Временная комиссия Совета Федерации РФ по защите государственного суверенитета и предотвращению попыток вмешательства в дела России в начале следующего года представит доклад, в котором оценит риск госпереворота из-за влияния Запада на молодежь. Об этом, как сообщает «Свободная пресса», рассказал на заседании комиссии ее председатель Андрей Климов.
В докладе, как пишет то же издание, говорится о том, что Запад стимулируют межэтнические и межрелигиозные протесты в России, а также пытается использовать молодёжь как инструмент расшатывания политической системы. Чтобы это предотвратить, по мнению сенаторов, необходимо разработать законы, которые не допустят «вмешательства во внутренние дела России». Среди предложений, которые есть в плане доклада, — запрет на деятельность иностранных госпрограмм без согласования с властью, а также создание так называемой «Чёрной книги», куда должны войти те, кто угрожал российскому суверенитету, начиная с 1991 года.
Следует перво-наперво отметить, что со внешней политикой стран Запада, включая использование «мягкой силой», в последнее десятилетие случилась парадоксальная вещь. Какая? Та, что она на внешнем периметре пропагандирует называемые «западными» или «цивилизованными» ценности, которые для самих граждан западных государств являются всё более и более спорными. Избрание Трампа в США и рост националистических симпатий в Евросоюзе являются наиболее яркими проявлениями этого несоответствия «внутреннего» и «внешнего». Тот же жёсткий стиль Путина и выстроенная им система вертикали власти вызывает всё больше симпатий.
«Цветная революция» в России была теоретически возможна на рубеже 2011–2012 гг., когда наметился некий либерально-националистический союз, являющийся для такого рода политтехнологий принципиально важным. Но дальше деклараций и приказавшего долго жить «Координационного совета оппозиции», как мы помним, дело не пошло.
Что же касается в принципе использования молодёжи в политических целях, то здесь слово «использование», как мне кажется, подспудно означает, что люди, говорящие так, лишают политически активную молодёжь субъектности и собственных интересов. Предполагается, что есть некие «они», которые втёмную используют ничего не понимающую молодёжь. В целом же все революции, хоть «цветные», хоть «монохромные», конечно, осуществляются руками молодёжи. Но, разумеется, не каждый молодёжный протест может перерасти в какое-то подобие революции.
Нужен ли Западу переворот в России? Западу в лице США по большому счёту комфортно что с прозападной, что с антизападной Россией просто по той причине, что в нынешнем мире хочешь-не хочешь, а кооперироваться с Вашингтоном придётся. Тот же Китай в лице своего руководства понимает, что перестань США покупать его товары — и всё китайское экономическое чудо если не растворится в воздухе, то серьёзно просядет.
Западу же в лице Евросоюза не нужна погрязшая в гражданской войне Россия, как ему некомфортна и нынешняя Украина. Другой вопрос, что даже теоретически в России не существует каких-то двух диаметрально идеологически противоположных и относительно равновеликих групп, которые могли бы воевать друг с другом сколько-нибудь длительное время. Городской креативный класс, недовольный реновацией, против силовиков простоит сколько — минуту, час, сутки?
«Иностранным государствам это нужно для формирования «среды лидеров, способных через 10–15 лет изменить конституционный строй, существенным образом изменить внутреннюю и внешнюю политику в угоду интересам внешних заказчиков», — говорится в докладе Совфеда. Достаточно ли этого срока? Запад, что бы под ним ни подразумевалось, занимается в рамках практически всего мира тем, чем Москва должна была заниматься на постсоветском пространстве, — формированием будущей элиты, которая была бы мало-мальски дружелюбна по отношению к этому Западу настроена. В Москве же считали, что достаточно наладить отношения с местными посткоммунистическими клептократическими элитами, а потом всё как-то само собой случится. То есть вкладывание Западом денег в перспективную молодёжь той или иной страны — это вообще необязательно про революцию в смысле «Евромайдана», это в известной степени про возможность в перспективе одной или полутора декад организовать революцию настолько бархатную, чтобы никто особо даже и не заметил, что она случилась. Просто на смену посткоммунистическим бюрократам, старавшимся соблюсти баланс между Москвой и другим центром силы, придут те, для кого этот баланс будет существенно смещён в противоположном от Москвы направлении.
Когда по некоторым направлениям, например, по Украине, «поезд», как представляется, ушёл, необходимо концентрироваться на воспитании качественной элиты хотя бы у себя. Учитывая высокую степень самодостаточности России, если стране удастся в обозримой перспективе провести, если угодно, бархатную контрреволюцию в собственных элитах, то можно считать, что задача-минимум страной выполнена.
Некоторые эксперты считают, что в январе—марте 2018 года, во время президентской кампании, зарубежные власти обвинят Россию в «недемократических выборах». Запад, если мне не изменяет память, исправно критиковал выборы в России любого уровня, начиная с конца 1990-х гг. Ничего нового на сей раз не придумают и будут продолжать искать всё те же нарушения, включая использование админресурса или недопуск тех или иных оппозиционных кандидатов, в данном случае — Алексея Навального. И ведь штука в том, что и админресурс есть, и недопущенные кандидаты, но критикуют-то Москву вовсе не по этой причине. И в этой связи, работая для внутренней аудитории, на мой взгляд, нельзя перегибать палку, критикуя Запад за тенденциозное освещение политического процесса в России. Освещение-то, несомненно, тенденциозное, но из этого же не следует, что оно — выдуманное. А падение доверия к традиционным СМИ, на мой взгляд, связано во многом именно с этой, если так можно выразиться, тенденциозностью в критике чужой тенденциозности, с этой «частичной слепотой», когда «вне страны — вижу, а внутри страны — не вижу».
Помогут ли предложенные российскими сенаторами меры противодействия внешней угрозе? Определённо, составление «Чёрной книги» или, к примеру, «Списков замаскированных нацпредателей» выглядит каким-то нелепым анахронизмом. Что же касается укрепления правоохранительных органов и, в частности, спецслужб и включения активной молодёжи в реальную деятельность в государственном русле, то так и нужно поступать. Более того, этот процесс уже идёт. Власти отказались от создания и использования молодёжных общественных движений в качестве «антиоранжевой массовки» и стали поддерживать проекты другого плана. Плюс, тот же Навальный, который за последние пару лет переключился на более молодую, но не менее активную аудиторию, чем та, что поддерживала его в начале «десятых», играет здесь для властей стимулирующую роль, не давая возможности манкировать своими обязанностями в отношении граждан старшего школьного и младшего студенческого возраста. Вот и пусть себе работают.
Читать дальше: Станислав Бышок: «Чёрная книга нацпредателей» и немного Навального