Говорят снайперы, стрелявшие на майдане

Расследование убийств, совершенных «неизвестными снайперами» во время государственного переворота на Украине до сих пор не завершено.

Это неудивительно – нынешняя власть, залившая кровью не только майдан, но и Донбасс, не может поймать и осудить сама себя. А значит «расследование» с вялыми попытками обвинить невиновных сотрудников «Беркута», Януковича, Россию и т.д и т.п. будет продолжаться не давая, однако, никаких результатов.

Технология «неизвестных снайперов» использовалась США везде, где они осуществляли перевороты или просто раскачивали ситуацию: Югославия, Иран, Сирия, Египет, Йемен, Ливия, Киргизия, Москва 1993 год, Украина 2014. Смысл очень простой: снайперы заранее посаженные в укромных местах стреляют по толпе, а их жертв выдают за убитых «кровавым режимом». «Независимые» журналисты, которые «случайно» оказываются рядом помогают тиражировать «преступления власти» и раскручивать истерию уже на международном уровне.

16 ноября 2017 года на итальянском канале 5 Mediaset в программе Matrix показали интервью со снайперами, которые расстреливали людей в Киеве во время майдана в 2014 году.. Это грузины, которые  вместе с Саакашвили прибыли из Тбилиси в столицу Македонии (Koba Nergadze e Kvarateskelia Zalogy), а также Alexander Revazishvilli, давший интервью в одном из европейских государств.

Сам ролик можно посмотреть здесь.

Он на итальянском языке, поэтому ниже мы приводим краткий перевод на русский, статьи, которая пересказывает содержание телерепортажа.

Краткий перевод материала размещенного здесь:

 «Украина, скрытые истины. Говорят снайперы Майдана»

… И Нергадзе, и Залоги связаны с бывшим президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Нергадзе, о чем свидетельствует удостоверение личности, которое он держит, был членом службы безопасности президента. Залоги — бывший активист партии Саакашвили.

Они были завербованы в конце 2013 Мамукой Мамулашвили — военным советником Саакашвили, который  после Майдана руководил Грузинским Легионом на Донбассе.

«Первая встреча с Мамулашвили происходила в офисе Национального движения — говорит Zalogy – «восстание на Украине в 2013 году было похоже на «революцию роз» в Грузии, которая проходила ранее. Они должны были руководить им и направлять, применяя ту же схему».

«Мамука сначала спросил меня, действительно ли я был снайпером, — вспоминает Александр, — он сразу сказал мне, что он нуждается во мне в Киеве, чтобы выбрать места». Наши герои, объединенные с различными группами добровольцев в период с ноября 2013 года по январь 2014 года, получили паспорта с ложными именами и денежным авансом. «Мы уехали 15 января и в самолете, — вспоминает Залоги, — я получил свой паспорт, а другой — с моей фотографией, но с другим именем и фамилией. Затем они дали нам тысячу долларов аванса, обещая дать ещё пять тысяч после».

Уже в Киеве они начинают лучше понимать, зачем их завербовали. «Наша задача, — объясняет Александр, — заключалась в том, чтобы провоцировать полицию выступить против  толпы. Однако до середины февраля было не так много оружия. Молотовы коктели, щиты и палки были использованы по-максимуму». Но в середине февраля столкновения на Майдане усиливаются. «Примерно 15 и 16 февраля, — вспоминает Нергадзе, — ситуация становится все  более серьезной. Теперь она выходит из-под контроля. Стали слышны первые выстрелы».

С ростом напряженности в игру вступают новые игроки. Около 15 февраля Мамуалашвили пришел в палатку с американским инструктором — бывшим офицером и снайпером 101-й воздушно-десантной дивизии Brian Christopher Boyenger, который затем будет воевать  на Донбассе бок о бок с Мамулашвили в грузинском легионе.

«Мы всегда были в контакте с этим Брайаном, — объясняет Нергадзе, — он был человеком Мамулашвили. Именно он отдавал нам приказы. Я должен был следовать всем его указаниям».

Оружие было принесено (на следующий день после задержания на Майдане) Пашинским и ещё 3 людьми, среди которых был Парасюк в гостиницу «Украина».

«18 февраля, — вспоминает Залоги — кто-то принес в мою комнату оружие. В комнате со мной находилось два литовца, они его взяли» В каждой сумке были пистолеты Макарова, АКМ, карабины, коробки с патронами. Когда я впервые увидел их, я не понял … Когда Мамулашвили прибыл, я спросил его, — вспоминает Нергадзе, — «Что происходит? К чему это оружие? Все в порядке? «Коба все усложняется, мы должны начинать стрелять, мы не можем идти на преждевременные президентские выборы».

«Но в кого мы должны стрелять? И где? «Где не важно, надо посеять немного хаоса…».

В то время как Нергадзе и Залоги участвуют в распределении оружия в отеле, Alexander Revazishvilli вместе с другими добровольцами в масках по приказу Пашинского прибыли в здание Консерватории. «Это было 16 февраля … Пашинский приказал нам собирать наши вещи и завел нас внутрь… Затем пришли другие люди, они были почти все в масках. По сумкам я понял … они несли оружие …. Они вытащили его и распределили по разным группам. Говорил только Пашинский… Это он отдавал приказы. Он спросил у меня, откуда мы должны стрелять.

«Между тем, — говорит Нергадзе, «даже в отеле «Украина» лидеры восстания подчеркивают необходимость использования оружия. «Они объясняли нам необходимость стрельбы, чтобы создать хаос и сумятицу. Мы не должны останавливаться. Не имело значения, стрелять ли по дереву, по баррикаде или по тому, кто бросает Молотов-коктейль. Важно было посеять хаос».

20-го утром оружие вступает в действие.  Утром 20-го на рассвете, вспоминает  Zalogy, они услышали звук одиночных выстрелов из соседнего номера. Литовцы открыли окно. Один из них выстрелил. Другой затем закрыл окно. Всего выстрелили 3 или 4 раза.

Александр, признавшись, что он участвовал в стрельбе из здания Консерватории, утверждает, что понял очень мало. «Каждый начал делать по два или три выстрела за раз. У нас не было выбора. Нам было приказано стрелять в Беркут, полицию и демонстрантов, без разницы. Я был совершенно возмущен. Это продолжалось пятнадцать минут … может быть, двадцать. Я сошел с ума, взволнованный, в стрессе, я ничего не понимал. Затем внезапно через 15-20 минут стрельба прекратилась, и все бросили оружие».

Когда раненые и мертвые прибывали в холл гостиницы Украина, снайперы выбежали из комнат. Жертвы оказались рядом с их убийцами. «Внутри, — вспоминает Нергадзе, — был хаос. Люди бегали туда-сюда, ничего не понимая. Кто-то был ранен… кто-то был вооружен. Снаружи было ещё хуже. На улицах было много раненых. И вокруг были мертвые. Александр говорит, что он спешил. «Кто-то кричал, что есть снайперы, я знал, о чем они говорили, — сказала он, — моя единственная мысль заключалась в том, чтобы исчезнуть, прежде чем они узнали меня. В противном случае они бы разорвали меня на части. В то время, однако, я не понимал. Теперь — я понимаю. Мы были использованы.

Они получили по 1000 долл. за свою «работу». Оставшиеся $5 тыс. так и не дали».

Читать дальше: Говорят снайперы, стрелявшие на майдане