Великая Русская Революция (К столетию Октябрьского восстания)

В этом году исполняется сто лет Русской революции 1917-1921 годов. Эта революция стала — наряду с двумя мировыми войнами — крупнейшим событием в истории ХХ века, эхо которого звучит до сих пор. Она оказала влияние на все сферы жизни общества. Все глобальные изменения, происходившие на протяжении последнего столетия в социальной жизни, государственном управлении, технологиях, идеологической сфере, либо прямо, либо опосредованно соотносятся с этим событием. Поэтому Русская революция с полным правом может называться Великой революцией, находясь в одном ряду с Французской революцией 1789-1794 годов, идеями которой, кстати, вдохновлялись многие революционеры 1917 года.
Сопоставление Русской революции с мировыми войнами далеко не случайно. Это событие оказалось предельно трагическим. Революция отнюдь не была «бархатной»; наоборот, с полным правом её можно назвать кровавой.
1.
Вопрос о причинах революции сегодня является дискуссионным и, наверное, останется таким в будущем: причины глобальных социальных явлений не верифицируются с той степенью точности, которая свойственна наукам о природе. Тем не менее, представления о том, что революция была вызвана исключительно обстоятельствами Первой мировой войны и, следовательно, по существу своему была случайной, не выдерживают серьёзной критики. В русской дореволюционной жизни образовалось огромное количество противоречий, выйти из которых, как показали события начала века, нереволюционным путём Россия была не в состоянии. «Репетицией» 1917-го года стал год 1905-й, когда, находясь в мирном состоянии (преувеличивать значение русско-японской войны не стоит), Россия шагнула в сторону бездны и лишь чудом удержалась на грани. Главный социально-политический вопрос того времени — это не вопрос «Быть или не быть революции?», а вопрос о том, когда именно революция начнётся. Первая мировая война резко обострила противоречия в русском обществе и ускорила ход истории. И в данном случае стране повезло, что социальная катастрофа, а революция всегда катастрофична по своей форме, началась в 1917 году, а не десятилетием позже. За три года революционных событий страна потеряла, как минимум, 20 миллионов человек (убитыми, искалеченными, эмигрировавшими), и это притом, что Гражданская война — неизбежная тень любой крупной революции — велась относительно архаическими военными средствами. В этой войне своё последнее слово сказали большие конные армии, но, к счастью, в тот момент страна не увидела танковых рейдов в тыл противника и воздушных бомбардировок городов. Десятью годами позже все эти военные технологии появились. И если бы Гражданская война в стране «опоздала», то сегодня, скорее всего, самой страны уже не было бы, а количество жертв измерялось бы ещё более колоссальными числами.

В Русскую революцию были вовлечены все социальные группы русского общества, каждая из которых связывала успех революции со своими собственными надеждами. Такая ситуация типична для обществ, в которых традиционный жизненный уклад разрушается под влиянием активно развивающегося капитализма. Привилегированные слои грезили, прежде всего, о создании нового политического режима в стране, расширении политических прав и демократизации общественной жизни, уничтожения сословных ограничений. Рабочий класс и низшие социальные слои связывали с революцией надежды на улучшение своего социального положения и условий труда. При этом в городах — и у верхов, и у низов — мощную протестную реакцию вызывали сами формы государственного управления. Бюрократия всегда, во все эпохи имеет возможность проявить собственную некомпетентность и недальновидность. Но степень некомпетентности, «государственного идиотизма», продемонстрированные бюрократией царской, с её коррупцией и сословной спесью, пожалуй, сопоставима лишь с ситуацией сегодняшнего дня. И главное, что продемонстрировал государственный аппарат дореволюционного времени, это неспособность подстраиваться под меняющиеся условия жизни. (Впрочем, не стоит сводить эффективность подобного управления к полному нулю; при всех своих издержках государственная бюрократия обладала достаточно высокой степенью эффективности, оказавшейся недостижимой, в частности, для управленцев Временного правительства.) Социальный кризис в городской России усугублялся кризисом идеологическим. Общество находилось в состоянии множественных идейных расколов, отстаивая идею единства под эгидой государства, идеология стремительно утрачивала свой авторитет. Уже к 1914 году в кризисе находилась сама идея монархии, которую война отчасти реанимировала и поддержала, как показали августовские события на петроградской Дворцовой площади, но не надолго. Уже через год после начала войны авторитет монархии упал до уровня значительно более низкого, чем в довоенное время, чему есть масса свидетельств. В кризисе находилось и официальное православие, оказавшееся всего лишь инструментом в руках государства.
Тем не менее, главный вопрос русской жизни разрешался не в городах, а в деревне. Не случайно именно крестьянство, одетое в солдатские шинели, начало эту революцию в феврале 1917 года, а в дальнейшем стало её главной социальной силой. Крестьяне вместе с казачеством к началу Первой мировой войны составляли 86% населения страны. И аграрный вопрос стал, в итоге, главным социальным вопросом России. Царское правительство активно участвовало в разрешении аграрной проблемы, стараясь сгладить остроту проблемы, истоки которой отчасти были связаны с содержанием реформы 1861 года. Представление о том, что к моменту начала революции основная часть земли была собственностью дворянства, является мифом. К 1916 году крестьянство владело, по разным подсчётам, от 85 до 90% пашенной земли. Проблема русского крестьянства была связана, в первую очередь, с демографической ситуацией. Переизбыток населения в деревне в сочетании с активным проникновением в неё капиталистических отношений неизбежно вёл к пролетаризации широких слоёв крестьянского населения. Отчасти этот процесс сдерживала крестьянская община, но остановить его совсем она не могла. По сути, в последнее предвоенное десятилетие в русской деревне шла непрерывная, пусть и скрытая, социальная война. Свою лепту в её усиление внесла и Столыпинская реформа. Переизбыток крестьянского населения в европейской части России требовал радикального изменения структуры занятости. Единственным социальным пространством, способным вместить в себя избыточную массу крестьянского населения, был промышленный город, но для этого в стране должна была быть проведена быстрая и глобальная техническая модернизация.
Читать дальше: Великая Русская Революция (К столетию Октябрьского восстания)