Дело Федынича – знак для остальных?

Дело Федынича – знак для остальных?

2 августа в офисе Профсоюза работников радиоэлектронной промышленности прошел обыск. Задержаны председатель профсоюза Геннадий Федынич и его бухгалтер Игорь Комлик. Против них возбуждено уголовное дело за неуплату налогов в особо крупном размере. В кругах белорусской оппозиции это событие произвело эффект разорвавшейся бомбы.

РЭП – один из уважаемых наиболее заметных независимых профсоюзов, имеющий богатую историю. Могу вспомнить этот профсоюз добрым словом. Я знаю немало людей, которым РЭП действительно помог в трудовых спорах с нанимателями. Заслуживают уважения и юридические курсы для рабочих, которые в свое время проводил профсоюз.

Что бы ни говорили сейчас об атаке режима на независимое профсоюзное движение, основания для возбуждения уголовного дела, похоже, действительно было. В этом не сомневается бывший соратник Федынича, руководитель Белорусского конгресса демократических профсоюзов Александр Ярошук, называющий произошедшее «прорвавшимся гнойником», а сотрудничество РЭП с датским профсоюзом 3F – громкой историей, выходящей далеко за пределы профсоюзного движения, которая в свое время рассорила независимые профсоюзы в Беларуси.

Федынич заигрался в политику. Профсоюз РЭП и раньше был близок к оппозиции, часто и резко критиковал власть. Но в последнее время политическая составляющая в его деятельности стала явно доминировать над нормальной профсоюзной работой по защите прав и интересов трудящихся. Федынич даже привел свой профсоюз в «Белорусский национальный комитет» — радикальную оппозиционную организацию, куда входят такие одиозные фигуры, как Николай Статкевич, Владимир Некляев, Дмитрий Дашкевич. Федынич даже занял место председателя социально-экономической комиссии Рады БНК.

Весной профсоюз РЭП был в числе наиболее активных организаторов «Маршей нетунеядцев», причем поддерживал не относительно умеренную линию, которую проводила основная часть оппозиции, а Статкевича, который отличался наиболее резкой риторикой и принципиальным нежеланием проводить свои акции в соответствии с законодательством.

Однако, апофеоз наступил 10 апреля. После разгона акции 25 марта и разгрома праворадикалов из «Молодого фронта» и «Белого легиона», он, вероятно, вообразив себя белорусским Валенсой, выдвинул власти своеобразный ультиматум. Тогда он предложил президенту в кратчайшие сроки организовать «общенациональный круглый стол» с участием «представителей народа», выдвинутых на митингах в феврале-марте. Одной из тем, которые он предполагал вынести на рассмотрение этого круглого стола, было названо проведение референдума о смене формы государственного правления с президентской на парламентскую. Согласитесь, странное требование для профсоюзного вожака. Возможно, белорусская политическая система несовершенно, но лидер профсоюза, требующий изменения конституционного строя – это чересчур для любого уважающего себя государства. Особенно, если это лишь один из множества профсоюзов, далеко не самый многочисленный и влиятельный. Уверен, для авторитета профсоюза в рабочем движении этот демарш имел самые печальные последствия.

Дело Федынича – знак для остальных?

2 августа в офисе Профсоюза работников радиоэлектронной промышленности прошел обыск. Задержаны председатель профсоюза Геннадий Федынич и его бухгалтер Игорь Комлик. Против них возбуждено уголовное дело за неуплату налогов в особо крупном размере. В кругах белорусской оппозиции это событие произвело эффект разорвавшейся бомбы.

РЭП – один из уважаемых наиболее заметных независимых профсоюзов, имеющий богатую историю. Могу вспомнить этот профсоюз добрым словом. Я знаю немало людей, которым РЭП действительно помог в трудовых спорах с нанимателями. Заслуживают уважения и юридические курсы для рабочих, которые в свое время проводил профсоюз.

Что бы ни говорили сейчас об атаке режима на независимое профсоюзное движение, основания для возбуждения уголовного дела, похоже, действительно было. В этом не сомневается бывший соратник Федынича, руководитель Белорусского конгресса демократических профсоюзов Александр Ярошук, называющий произошедшее «прорвавшимся гнойником», а сотрудничество РЭП с датским профсоюзом 3F – громкой историей, выходящей далеко за пределы профсоюзного движения, которая в свое время рассорила независимые профсоюзы в Беларуси.

Федынич заигрался в политику. Профсоюз РЭП и раньше был близок к оппозиции, часто и резко критиковал власть. Но в последнее время политическая составляющая в его деятельности стала явно доминировать над нормальной профсоюзной работой по защите прав и интересов трудящихся. Федынич даже привел свой профсоюз в «Белорусский национальный комитет» — радикальную оппозиционную организацию, куда входят такие одиозные фигуры, как Николай Статкевич, Владимир Некляев, Дмитрий Дашкевич. Федынич даже занял место председателя социально-экономической комиссии Рады БНК.

Весной профсоюз РЭП был в числе наиболее активных организаторов «Маршей нетунеядцев», причем поддерживал не относительно умеренную линию, которую проводила основная часть оппозиции, а Статкевича, который отличался наиболее резкой риторикой и принципиальным нежеланием проводить свои акции в соответствии с законодательством.

Однако, апофеоз наступил 10 апреля. После разгона акции 25 марта и разгрома праворадикалов из «Молодого фронта» и «Белого легиона», он, вероятно, вообразив себя белорусским Валенсой, выдвинул власти своеобразный ультиматум. Тогда он предложил президенту в кратчайшие сроки организовать «общенациональный круглый стол» с участием «представителей народа», выдвинутых на митингах в феврале-марте. Одной из тем, которые он предполагал вынести на рассмотрение этого круглого стола, было названо проведение референдума о смене формы государственного правления с президентской на парламентскую. Согласитесь, странное требование для профсоюзного вожака. Возможно, белорусская политическая система несовершенно, но лидер профсоюза, требующий изменения конституционного строя – это чересчур для любого уважающего себя государства. Особенно, если это лишь один из множества профсоюзов, далеко не самый многочисленный и влиятельный. Уверен, для авторитета профсоюза в рабочем движении этот демарш имел самые печальные последствия.

Многие оппозиционные эксперты объясняют атаку на РЭП реакцией властей на его активность во время весенних протестных акций и страх перед новыми, не менее мощными выступлениями осенью. Отчасти я могу с ними согласиться. В массовость осенних акций я не верю, особенно, если их организатором выступит Белорусский национальный комитет. Статкевич уже надоел самой оппозиции. А то, что это была реакция на роль профсоюза в протестах февраля-марта, на апрельский ультиматум – верю. Но это не отменяет того, что я уверен в обоснованности обвинений.

Дело в том, что деньги из-за границы в оппозиции получают практически все. Причем, как правило, ни о какой прозрачности для отечественных налоговых органов речи не идет. Провозят обычно наличными, ни в каких налоговых декларациях эти средства, конечно, не фигурируют. Более того, если речь идет о политических партиях – им прямо запрещено под угрозой ликвидации пользоваться иностранными деньгами. Тем не менее, берут регулярно, иначе просто они не могли бы существовать. Власть, в свою очередь, обычно закрывает глаза на эти нарушения.

Оппозиция отреагировала на ситуацию вокруг профсоюза очень нервно и эмоционально. Сделано множество заявлений, обращений, готовятся акции, правозащитники уже успели, несмотря на сугубо экономическую статью, признать задержанного бухгалтера Комлика политзаключенным. Все понимают – это не только наказание для руководителей профсоюза, но и знак для остальных.
 
Артем Агафонов

Добавить комментарий