Национални понос*

Поговорим о наболевшем. О защите белорусского языка. Все знают Игоря Случака, который эту самую защиту, она же «абарона», считает делом жизни.
 

Национални понос*

Для тех, кто не в курсе, поясним, что этот активист в основном рассылает письма в органы власти, частные компании и другие организации. Содержание их различно. Это могут быть и жалобы, и предложения, и другие жанры. Цель одна — продвижение белорусского языка в массы. В понимании самого Случака.
Но вот именно крайний кейс, казус или инцидент (кому как удобнее) ставит под сомнение защитные или охранительные мотивы. Попахивает каким-то карательным душком. Хоть сам Случак это отрицает.
Многие уже в курсе: он хочет, чтобы одного юношу органы власти наказали за оскорбительный выпад в сторону белорусского языка. Тот написал в соцсетях, что, мол, язык этот мертв. Правда, потом удалил.
Также Случаку пришло письмо от матери юного интернавта. Основной смысл такой: не судите строго, он молодой, к тому же серьезно болен, да и вообще пост стёр. Случак это письмо обнародовал в сети.
Собственно, отсюда вся буря и началась. Если вам интересны подробности, поисковые системы в помощь.Поговорим о наболевшем. О защите белорусского языка. Все знают Игоря Случака, который эту самую защиту, она же «абарона», считает делом жизни.
 

Национални понос*

Для тех, кто не в курсе, поясним, что этот активист в основном рассылает письма в органы власти, частные компании и другие организации. Содержание их различно. Это могут быть и жалобы, и предложения, и другие жанры. Цель одна — продвижение белорусского языка в массы. В понимании самого Случака.
Но вот именно крайний кейс, казус или инцидент (кому как удобнее) ставит под сомнение защитные или охранительные мотивы. Попахивает каким-то карательным душком. Хоть сам Случак это отрицает.
Многие уже в курсе: он хочет, чтобы одного юношу органы власти наказали за оскорбительный выпад в сторону белорусского языка. Тот написал в соцсетях, что, мол, язык этот мертв. Правда, потом удалил.
Также Случаку пришло письмо от матери юного интернавта. Основной смысл такой: не судите строго, он молодой, к тому же серьезно болен, да и вообще пост стёр. Случак это письмо обнародовал в сети.
Собственно, отсюда вся буря и началась. Если вам интересны подробности, поисковые системы в помощь.
Так вот. Эта история обнажила старые болезни нашего общества. Одна из них — народное языкознание и мифы, ею рождённые.
Особенно сильна хворь, которая почитается свядомым колам. Это идея о том, что белорусский язык «ближе» ко многим другим славянским, нежели русский. Русскоговорящему тяжелее понять, что значат те или иные украинские, польские или, скажем, сербские слова.
На бытовом уровне очень часто схема прекрасно работает. Торжествующие оппозиционеры не раз мне говорили по этому поводу: «Вот видишь! Русский этот вообще монголо-татарский! Никакой он не родственник мове!»
Однако это ошибка. Так называемая генетическая классификация языков, естественно, учитывает общие пласты лексики, но она строится не на мимолётных впечатлениях туриста, который увидел знакомый корень на вывеске в Сербии. Кому интересно, опять же в сети есть немало статей на эту тему.
Если вы поняли в Сербии вывеску «Пошта», то совсем необязательно поймёте надпись «Излаз», пользуясь своим виртуальным сундучком с белорусской лексикой. Только внешний, ситуационно-пространственный контекст играет здесь ключевую роль. Значение слова не понимается, а угадывается.
Иллюзий питать не надо. Вряд ли кто-то из нас, белорусов, с наскоку поймет сербское слово «понос», несмотря на то, что оно и в русском есть.
Конечно, какой-нибудь неутомимый исследователь может собрать обширную речевую статистику. И она, возможно, докажет, что у белорусского больше общей лексики с другими славянскими языками, а не с русским.
Что из того? Это предмет для гордости такой же, как запасы нефти. И язык, и полезные ископаемые мы получаем в наследство от природы, предков. А сами что сделали для развития? Только жалобы написали и провели общественно-карательные кампании против тех, кто плохо знает белорусский?
 
Давайте объективно смотреть. Белорусскоязычные писатели создали немало гениальных текстов. Но пока не родился у нас свой Достоевский или Толстой. Эти люди действительно повлияли на умы поколений не только в России, но и за ее пределами. И не потому, что русский язык прогрессивный, а белорусский — ущербный. Так сложились обстоятельства.
Навязчивое желание бороться за язык, закрывая своим телом пулеметные точки противника, не посодействует развитию белорусской литературы. Может создать неправильное впечатление у людей, которые не погружены в белорусский контекст. Да уже создает.
Знакомые из Латвии и России делились впечатлениями от интернет-выпадов защитников родного языка. У них возникает такое впечатление, что у «змагароў» проблемы с самооценкой. Те хотят сделать для мовы что-то грандиозное или героическое. Но как-то неказисто они выглядят на фоне нашего современника Горвата или классика Короткевича.
«Змагары» не влюбляют нас в мову, они нас тыкают в нее мордой, как котят. Какова же должна быть ответная реакция? Мы должны превратиться в быдло? Лишь бы по-белорусски говорили?
Можно писать сто жалоб в день на плохое произношение белорусских слов диктором телевидения, на отсутствие этикеток с белорусским текстом… А можно открыть ютюб-канал «Таямніцы мовы» или с более интересным названием. Вот это и будет настоящее продвижение языка и настоящая национальная гордость.
Але хопіць. Пайду лепш Багдановіча пачытаю…
 
 
* — (серб.) национальная гордость.

Источник

Добавить комментарий