Авторская аналитика (Комментарии): ТОП Трагическая ошибка Олеся Бузины

Авторская аналитика (Комментарии): ТОП Трагическая ошибка Олеся Бузины

17 апреля 2015, Захар Виноградов
В четверг, 16 апреля, в Киеве прямо у собственного подъезда застрелили писателя и журналиста Олеся Бузину. Четыре выстрела в упор были сделаны из автомобиля, который сразу же уехал. Начато следствие.
За день до этого у порога собственной квартиры застрелили Олега Калашникова — реально оппозиционного политика, заявившего несколько дней назад, …17 апреля 2015, Захар Виноградов

Авторская аналитика (Комментарии): ТОП Трагическая ошибка Олеся Бузины

В четверг, 16 апреля, в Киеве прямо у собственного подъезда застрелили писателя и журналиста Олеся Бузину. Четыре выстрела в упор были сделаны из автомобиля, который сразу же уехал. Начато следствие.
За день до этого у порога собственной квартиры застрелили Олега Калашникова — реально оппозиционного политика, заявившего несколько дней назад, что продолжает «исповедовать идеологию Партии регионов». Идет следствие.
Олеся Бузину я знал, мы с ним встречались, спорили, вместе проводили круглые столы, он писал свои статьи для нас, выступал на российских и украинских телеканалах.
Бузина не был «регионалом», не был вообще никаким политиком, он был ярким, самобытным писателем, очень известным журналистом и еще очень горячим человеком, который всегда был готов к борьбе. Иногда, чтобы подчеркнуть свое несогласие с оппонентом, мог вдруг встать и выйти из студии, с пресс-конференции, никогда не стеснялся в выражении чувств и мыслей.
Как-то раз, когда мы сидели рядом на пресс-конференции, он вдруг, слушая очередного выступающего, начал дрожать, что называется «закипать»… Речь шла о переформатированной истории Украины. А историю своей страны он знал досконально, профессионально писал об этом. И при этом у него был свой взгляд на историю, великих украинцев прошлого и современных ему политиков. Как и положено творческому и глубоко интеллигентному человеку, в конечном счете, он был всегда в оппозиции к власти, в непростых с ней отношениях. Правда, и отстаивал он свои убеждения жестко, очень часто нелицеприятно. Тогда, на той пресс-конференции, он, получив слово, так же ярко и, как всегда, без скидок на заслуги оппонента выдал очередную нелицеприятную правду…
Как-то я спросил его, не боится ли он мести людей, с которыми вступает в ожесточенные споры?
«Нет, — ответил он. — Пусть они меня боятся».
То, что «они» его боялись, теперь, когда его убили, совершенно очевидно. Только он отстаивал свое мнение, свои идеи словом — в книгах, статьях, соцсетях, то есть открыто, а «они» ему ответили, спрятавшись за тонированные стекла машины, из пистолета…
…Что происходит в Украине? Почему здесь убивают политиков и журналистов? Что думает делать по этому поводу власть?
В Украине начата тотальная зачистка политического поля. Здесь идет идеологическая борьба с инакомыслием. Фактически запрещена Компартия, выдавливают из страны объективно мыслящих экспертов, теперь с теми, кто не согласен с режимом, расправляются с помощью оружия. Это сигнал тем, кто не уехал, не испугался, кого еще не довыдавили.
«Реальной оппозиции на Украине не будет», — этот месседж посылает власть своим сторонникам или тем, кто считает себя таковыми. А уж они действуют в соответствии с тем, что и как умеют и имеют.
Политическая борьба, начиная с холодной во всех отношениях зимы 2013-2014 годов, стала на Украине сродни боевым действиям. Оружие в руках победителей Майдана — это главный аргумент в споре. С помощью оружия, «коктейлей Молотова» все те же «они» совершили государственный переворот и посадили свою власть в правительстве и парламенте, потом загоняли неугодных депутатов в мусорные баки, сажали не понравившихся им губернаторов на цепь на площадях областных центров. Теперь с помощью всё того же оружия откровенно и цинично убивают оппонентов. Все это уже не признаки, а родовые и явные черты охлократии, то есть вырождения демократии и принятия политических решений на основе прихотей толпы.
Толпа, если ее мнение не доходит до власти, может действовать жестоко и жестко, но, получив легитимность от власти, как это и было в постмайданный период, и сама может «помогать» власти, убирая в прямом, а не переносном смысле неугодных политиков, журналистов, общественных деятелей.
Что же сама власть, что она думает делать в этой ситуации?
К сожалению, президент Порошенко по поводу всей этой череды смертей, самоубийств (а погибли, застрелившись, 8 «регионалов») упорно молчит. И это молчание радикалы, наверняка, воспринимают как поддержку своим действиям. Более того, на сайтах и в соцсетях, эти самые радикалы, в том числе и якобы «журналисты», открыто публикуют не только списки потенциальных жертв, но и адреса их проживания.
Чтобы киллерам было удобнее.
Если бы не трагичность ситуации, анекдотичным на этом фоне выглядело бы заявление народного депутата Украины и советника главы МВД Антона Геращенко. Он обратился с просьбой в Facebook ко всем водителям Киева: сообщать об автомобилях, аналогичных тому, из которого застрелили Олеся Бузину. А еще предложил тем из организаторов Антимайдана, кто получал угрозы, обращаться в правоохранительные органы за защитой.
А какой смысл обращаться, если сторонники Геращенко эти списки и адреса уже давно опубликовали?
Зачистка политического поля имеет определенную цель: выдавить из страны реальную оппозицию, запугать тех, кто не уедет, затравить тех, кто продолжает сопротивляться, несмотря ни на что, продолжает говорить о своем несогласии с режимом. Официальная власть это делает открыто, запрещая Компартию, начиная травлю ее руководителя Петра Симоненко, возбуждая многочисленные дела против видных «регионалов», а неофициальная власть, то есть охлократия, делает это по-своему — с помощью оружия и шантажа.
…Олесь Бузина был ярким человеком, необычным и популярным писателем. Я думаю, нет, я уверен, несмотря на то, что ему неоднократно угрожали, он был убежден в том, что, выступая открыто и не скрывая своих взглядов, он избежит самого страшного — смерти. Мордобоя, нападения он не боялся, а смерть не придет. Он ведь всегда открыто говорил о своих взглядах, делал это и раньше, еще в той, домайданной Украине.
Он трагически ошибся. Украина уже другая.
Источник

Добавить комментарий