«Человек труда» становится лишним элементом системы

«Человек труда» становится лишним элементом системы

Миру будущего не нужна будет эксплуатация в привычном понимании. Никакие профсоюзы, защита прав трудящихся и прочая борьба за стандартно понимаемую справедливость в экономической деятельности не помогут. Семьдесят лет назад у Советского Союза не было атомной бомбы. Впереди была Победа, но еще была разруха, всеобщая мобилизация, разрушенная и милитаризированная экономика, а также колоссальные людские потери.

«Человек труда» становится лишним элементом системы

Миру будущего не нужна будет эксплуатация в привычном понимании. Никакие профсоюзы, защита прав трудящихся и прочая борьба за стандартно понимаемую справедливость в экономической деятельности не помогут.

Семьдесят лет назад у Советского Союза не было атомной бомбы. Впереди была Победа, но еще была разруха, всеобщая мобилизация, разрушенная и милитаризированная экономика, а также колоссальные людские потери.

А атомной бомбы не создавали. И была другая страна, которая к этому моменту уже имела этот козырь. Атомная бомба – это не просто листочек с формулами. Это технологический и производственный кластер. Это передовые разработки и огромные заводы по обогащению урана, это масса сопутствующих технологий, практически все – ресурсо-, энерго- и наукоемкие.

Советский Союз сумел понять приоритеты и сумел решить поставленную задачу – обеспечить ядерное сдерживание. Хотя в 40-х годах единицы людей знали о том, что значительная часть страны работает на создание атомной бомбы.

Попробуйте представить в наше время задачу, сопоставимую по важности и в то же время по сложности с созданием атомной бомбы в 40-х. Обязано ли государство взяться за решение такой задачи, несмотря на технологическое отставание и на массу других проблем?

На мой взгляд, обязано, и такая задача есть. А точнее, это две взаимосвязанные задачи – технологическая и социальная.

Мир стоит на пороге нового социально-экономического уклада. Растет так называемая производительность труда, а вместе с ней и перепроизводство. Все меньший процент людей обеспечивает всем необходимым остальное население. Общественные системы и экономики находят все более изощренные способы обеспечить взаимополезность и массовую занятость.

Перелом настанет тогда, когда примитивные виды работ, требующие сегодня участия человека, смогут выполняться механизмами. И очевидно, что в ближайшие десятилетия будет создан универсальный робот, способный на широчайший спектр работ – от строителя до официанта и уборщика. Появление такого робота имеет не меньшее значение, чем создание атомной бомбы.

Можно моделировать последствия для разных областей общественной жизни, но одно явление принципиально важно. Человеческий труд в подавляющем большинстве сфер применения получит отрицательную стоимость.

Попросту говоря, люди станут окончательно не нужны друг другу. То, что присутствовало и развивалось с начала цивилизации, перейдет на качественно новый уровень.

Система, складывавшаяся вокруг перераспределения избыточного продукта, предусматривала необходимость участия человеческого труда, и такая необходимость являлась и является базовым элементом действующей системы.

Само понятие «производительность труда» превратится в фикцию в случае, если трудом станет нажатие кнопки. С появлением универсального робота человек окончательно потеряет функцию продавца своего труда, оставшись только потенциальным потребителем. Миллиарды людей потеряют возможность что-то предложить друг другу.

В определенном смысле возникнет экономический «зомби-апокалипсис», вызванный не болезнью, а тотальной бесполезностью. Миллиарды ненужных друг другу и системе человеческих особей, ищущих пропитания и социализации.

Обратите внимание на популярность и обильность фильмов о «зомби-апокалипсисах», а также фильмов-антиутопий, в которых основная часть человечества влачит нищенское существование, несмотря на бурное развитие технологий: все эти «Обители зла», «Голодные игры» и «Обливионы».

Я думал, что это просто художественное предчувствие, но сейчас я считаю, что помимо творческой части тут задействованы и технологии типа «самосбывающихся пророчеств» и «Окна Овертона».

Все эти фильмы – не просто фантазии, а вполне себе реалистичные зарисовки на тему мира будущего, которые готовят и приучают нас к этому будущему. Их реализм не в деталях, а в принципе – миллиарды прозябают в хаосе, единицы наслаждаются жизнью.

Принципиально важно осознать, что миру будущего не нужна будет эксплуатация в привычном понимании. Никакие профсоюзы, защита прав трудящихся и прочая борьба за стандартно понимаемую справедливость в экономической деятельности не помогут. Суть не в эксплуатации, а в отмирании ее необходимости.

«Человек труда» становится лишним элементом системы. Взаимная надобность будет возникать только при переходе на более низкую ступень развития – как дикари занимают свое место в племени, но бесполезны в городе.

В переходный период система, контролирующая создание и эксплуатацию универсальных роботов, будет реализовывать и наращивать свое экономическое преимущество и технологический отрыв. Параллельно будет создаваться политическая, моральная и технологическая основа сегрегации и «расчистки» мира от «лишних» людей. Собственники и обслуживающие их творческие и высококвалифицированные кадры будут расчищать для себя жизненное пространство.

Основным глобальным инструментом регуляции системы будет война. Страны, не входящие в элитный клуб, будут даже не поставщиками ресурсов (это постольку-поскольку), а полигоном для ведения войны, носящей «производственно-утилизационный» характер.

Война должна поглощать «лишние» человеческие жизни как с той, так и с другой стороны, компенсировать тотальное перепроизводство, придавать управляемость и осмысленность в переходный период. Помимо этого, она должна провести водораздел между «эллинами» и «морлоками» будущего мира.

С той оговоркой, что «морлоки» будущего – это просто подлежащий утилизации лишний человеческий материал или забавные дикари вроде австралийских аборигенов и племен в Амазонии, а не объект эксплуатации.

После прохождения «переходного» периода, вероятно, сформируется система нового «эллинизма», основанная на праве владения некими привилегиями – праве на землю и вообще ресурсы, включая права, основанные на принадлежности к группе, контролирующей ресурсы и технологии. Низшим слоем будут специалисты, способные выполнять высококвалифицированную или творческую работу.

Экономика будет ближе к феодальному устройству с его натуральным хозяйством замкнутого цикла, где важен не рынок, а контроль над достаточными ресурсами и способность этот контроль защитить (или присягнуть сильному сюзерену). При этом место «народа» займут роботы.

Принципиально осознать, что в системе, основанной на частной собственности в области производства и финансов, контроля над ресурсами и средой обитания, в случае утраты ценности человеческого труда неизбежно развитие ситуации по апокалипсическому для большинства населения Земли сценарию. Обмен трудом заменяется на предоставление доступа к контролируемым благам.

Единственный защитный механизм – система демократических выборов, создающая ценность обладателя «голоса» – практически утратила свое значение в связи с развитием технологий манипуляций и граничных условий «выборов». В захватившей умы украинцев идее уничтожения «ватников» я вижу участие специалистов, отрабатывающих технологии разделения «лишних» людей на взаимно аннигилирующие части.

Альтернативным вариантом будущего может быть только то, в котором создана противовесная система, опирающаяся на другие принципы общественного устройства, которые бы подразумевали отсутствие необходимости депопуляции и утилизации «лишних» людей.

Попытки противопоставить системы, основанные на одних и тех же «рыночных» принципах, ничего не изменят, общее развитие ситуации пойдет по тому же пути. Точно так же, как попытки остановить технический прогресс обречены на поражение.

Возвращаясь к сегодняшним реалиям и взаимосвязанным задачам (технологической и социальной), стоящим в настоящее время, можно сформулировать следующее:

1) Те государства или союз государств, которые не хотят быть жертвой «робо-апокалипсиса» и рассчитывают сохранить свое существование, должны обзавестись современным аналогом «атомной бомбы», обязаны обеспечить развитие собственной кибернетики, включая компонентный и программный уровень, а так же вопросы энергообеспечения.

Создание собственной IT-базы и универсального робота должно быть современным «ядерным проектом». Процессор плюс программа плюс энергия – это универсальный робот. Проект подобного рода – это вопрос выживания.

2) Такое государство должно обеспечить формирование экономической модели, способной функционировать в условиях отрицательной стоимости массового труда при сохранении и развитии уровня популяции.

Эта модель должна сочетать реализацию положительной роли мелкого собственника и предпринимателя с государственным контролем или собственностью на ресурсы, системообразующие и инфраструктурные предприятия, общественную среду обитания.

Государство должно обеспечивать генерирование общественно значимых и одобряемых задач, участие широких масс населения в решении которых должно создавать основу системы потребления и различия в его уровне. Необходимым условием такой системы является контроль государства над финансовой системой и расчетный характер бюджета.

В идеологическом плане такое государство должно представлять прямую противоположность социал-дарвинизму. Должно предполагать ценность человеческой жизни не в критериях «успеха» и условной полезности для других, выраженной в количестве получаемых денег, но ценность жизни как «вещи в себе».

Общественно признаваемой ценностью может быть развитие каждой личности, а система обучения – носить пожизненный характер. Основой такого подхода может быть официальный религиозный синкретизм. Союз типа БРИКС вполне может справиться с такой задачей. Если ее вовремя сформулирует.

Добавить комментарий