Танки правды не боятся. Часть 2

Впрочем, в отличие от бесчисленной
орды «разоблачителей исконной агрессивности нацистской Германии»,
утверждать, что создание вермахта было очередным шагом к развязыванию
Второй мировой войны, я не стану — по той простой причине, что довольно
долго новорожденный вермахт для своих соседей был не страшнее
ярмарочного Петрушки.
Ведь что предполагал закон от 16 марта 1935 года — о создании вермахта?
Если отбросить в сторону пропагандистскую шелуху — то ничего
сверхъестественного и ультраагрессивного.

Первое — «служба в вооруженных силах происходит на основе всеобщей воинской повинности».
Второе — «немецкая армия мирного времени, включая
военную полицию, состоит из двенадцати корпусов и тридцати шести
дивизий», численность каковых не будет превышать полмиллиона штыков и
сабель.

Танки правды не боятся. Часть 2

Впрочем, в отличие от бесчисленной
орды «разоблачителей исконной агрессивности нацистской Германии»,
утверждать, что создание вермахта было очередным шагом к развязыванию
Второй мировой войны, я не стану — по той простой причине, что довольно
долго новорожденный вермахт для своих соседей был не страшнее
ярмарочного Петрушки.
Ведь что предполагал закон от 16 марта 1935 года — о создании вермахта?
Если отбросить в сторону пропагандистскую шелуху — то ничего
сверхъестественного и ультраагрессивного.
Первое — «служба в вооруженных силах происходит на основе всеобщей воинской повинности».
Второе — «немецкая армия мирного времени, включая
военную полицию, состоит из двенадцати корпусов и тридцати шести
дивизий», численность каковых не будет превышать полмиллиона штыков и
сабель.

Танки правды не боятся. Часть 2

То есть создание нормальной армии мирного времени — причём значительно
меньшей (относительно соотношения числа военнослужащих к общему
количеству населения), чем у соседей — Польши и Франции.
Армии, НЕ имевшей в то время достаточного количества оружия даже для
военнослужащих срочной службы — не говоря уже о мобилизованных в случае
войны. Армии, НЕ располагавшей ни танками, ни самолетами, ни тяжелой
артиллерией — то есть, по сути, ополчения, вооруженного лишь лёгким
стрелковым оружием.
Но именно в этой СЛАБОСТИ вермахта и была его СИЛА…
Все армии потенциальных противников
Германии к 1935 году имели на вооружении гигантские количества разного
рода смертоносных девайсов (большей частью оставшихся от Первой
мировой).
У Франции в арсеналах и артиллерийских парках ржавело более семисот
тяжелых орудий калибром от 234-мм и выше, а также более четырнадцати
тысяч стволов меньшего калибра, а танковый парк состоял из двух тысяч
«Рено FT-17» (плюс несколько сотен более новых машин).
Польша к этому времени понастроила более шестисот танкеток TKS и полторы
сотни танков 7ТР (в девичестве — «Виккерсов шеститонных»), а её
артиллерия насчитывала более трех с половиной тысяч пушек и гаубиц,
включая 220-мм чешские мортиры.
Советы к 1935 году одних только крейсерских танков БТ-5 понастроили
более 2100 штук — превзойдя в этом отношении всех своих соседей, вместе
взятых! То есть если бы всеевропейская война началась в сентябре 1935
года — вермахт на фоне соседних армий выглядел бы крайне бледно…

Танки правды не боятся. Часть 2

Но «если бы да кабы» нас не интересуют. Нас интересуют реальные события
тех лет — связанные с военно-техническим прогрессом и военной наукой.
А в этой сфере в эти годы происходили просто революционные изменения!
Рубеж двадцатых-тридцатых годов
изобиловал великим множеством военно-научных трудов — авторы которых
силились предугадать, какова будет война будущего, и, соответственно,
какие виды вооружений следует в предвидении оной войны развивать.
У всех на слуху была доктрина Дуэ (его первая книга «Господство в
воздухе» выходит в 1921 году) — согласно которой авиация есть сугубо
наступательное оружие, и она одна сама по себе способна добиться победы в
войне — массированными непрерывными бомбардировками городов противника;
эти налеты должны будут продолжаться до тех пор, пока изнуренное
население страны противника не будет морально сломлено и не потребует от
своего правительства капитуляции.
Не спали в шапку и британские военные теоретики — с 1923 года в Англии
была принята наступательная доктрина «воздушного устрашения». Военное
руководство полагало, что, опираясь на военно-морские силы и авиацию,
Великобритания сможет подорвать военно-экономический потенциал любого
европейского противника путем разрушения воздушными бомбардировками его
политических и промышленных центров.
Тем не менее, на Альбионе разрабатывалась теоретически и отрабатывалась
на практике тактика механизированных войск, была даже сформулирована
«доктрина Фуллера» — впрочем, так и не принятая всерьез британским
министерством обороны.
Во Франции опасным вольнодумцем прослыл полковник де Голль — также
упражнявшийся в писании книг о будущей войне и о решающей роли в оной
танковой армии, состоявшей сплошь из профессиональных военных.

Танки правды не боятся. Часть 2

Но все смелые теории великих умов
стран Антанты натыкались на одно простое, но практически непреодолимое
обстоятельство — на запасы существующего вооружения и боевой техники.
Какой парламент в здравом уме вотирует несколько сот миллионов франков
(фунтов стерлингов) на создание «армии завтрашнего дня» — когда арсеналы
ломятся от совсем не старого и вполне годного оружия?
Полковник де Голль сколько угодно мог фрондировать старым заслуженным
генералам и издавать скандальные книжки — все его потуги разбивались,
как горох о стенку, о бесконечные, уходящие за горизонт ряды 75-мм пушек
и 155-мм гаубиц, об ангары, плотно заставленные танками «Рено», о
цейхгаузы, доверху забитые винтовками Лебеля.
Равно и Лиддел Гарт мог сколько угодно призывать британское военное
командование стряхнуть с себя пыль самодовольства, остановить постройку
десятков новых крейсеров и вложить деньги в создание механизированной
армии — в ответ ему всегда раздавалось одно: «Британия — остров!»,
сиречь — сила англичан в их могущественном флоте.
И только одни немцы могли себе позволить принять к исполнению самые
смелые прожекты своих широко и нестандартно мыслящих молодых полковников
— у них НЕ БЫЛО АРСЕНАЛОВ, забитых вооружением и боевой техникой
вчерашнего дня!
Чем был любопытен вермахт в пору
его мужания, в 1935-1938 годах? Тем, что создавался как армия
современного типа, предназначенная для ведения мобильной войны; армия
новой Германии была избавлена от застарелых догм, начисто лишена
окаменевших предрассудков — выдаваемых за аксиомы военной науки старыми,
увешанными орденами, генералами, цепляющимися за свои заслуги (реальные
или мнимые) на полях Первой мировой.
Например, в
артиллерийских полках её пехотных дивизий вообще не было пушек — тогда
как и у Польши, и у Франции, и у СССР традиционные «трехдюймовки»
составляли костяк дивизионной артиллерии.
Немцы, не отягощённые
многотысячными запасами подобных орудий и многомиллионными запасами
снарядов к ним, здраво рассудили, что оные девайсы (привет из Первой
мировой, если не из англо-бурской или русско-японской) на поле
современного боя — суть анахронизм и бессмыслица.
С поля боя
исчезли маневрирующие колонны пехоты, кавалерийские полки, лавой
несущиеся на позиции, открыто развёртываемые артиллерийские батареи и
лёгкие полевые укрепления в виде блокгаузов.
Основные огневые
задачи в дивизионном звене вермахта решено было поручить исключительно
гаубицам — 105-мм и 150-мм калибра. Пушек же у немцев в дивизионном
масштабе вообще НЕ БЫЛО — за исключением противотанковых. Которых,
кстати, в пехотной дивизии было необычно, на первый взгляд даже
избыточно много — семьдесят пять штук.
Таким количеством противотанковой артиллерии не могли похвастаться никакие другие иностранные дивизии!

Танки правды не боятся. Часть 2

Вообще надо сказать, что вермахт уже с первых дней своего существования
был ярко выраженной ПРОТИВОТАНКОВОЙ армией — и немудрено, ведь все его
потенциальные противники имели неслабое количество танков в строю
(французы — более пяти тысяч единиц, русские — почти двадцать тысяч, и
даже поляки — почти восемьсот, впрочем, в основном танкеток).
А
вот относительно того, что немцы все усилия своей промышленности
направили на создание танков — что считается в среде «знатоков истории
Второй мировой» абсолютной истиной — то это не совсем так.
Вернее — СОВСЕМ НЕ ТАК.
Немцы
отнюдь не стремились наклепать побольше танков — как это делали мы;
целью построения их панцерваффе было создать войска, максимально
приспособленные к действиям на острие главного удара — причем
действовать они должны были максимально быстро.
И собственно танки в этих ударных частях были лишь одним из элементов ударной мощи…
Первым делом Гудериан со товарищи напрочь отмели французскую идею о
том, что танк — это просто подвижная огневая точка для поддержки пехоты
при прорыве сильно укрепленной обороны (каковым он считался во всем
остальном мире).
Прорывать вражескую оборону немцы к концу
Первой мировой научились и БЕЗ танков — самой главной проблемой
весеннего наступления Людендорфа на Аррас оказался не прорыв укрепленных
позиций французов и англичан, а невозможность быстро нарастить ударную
группировку уже за линией обороны противника, после ее прорыва.
И поэтому Гудериан считал, что танки ни в коем случае не
предназначаются для того, чтобы тупо прорывать оборону, быть
бронированным тараном для масс пехоты, а обязаны служить ОСТРИЕМ
ударного соединения, включающего в себя и моторизованную пехоту, и
артиллерию на механической тяге, и подвижные тылы, и саперов с их
минами, колючей проволокой и понтонами — тоже на грузовиках.
Танковая дивизия, по Гудериану, обязана была уметь и мочь нанести удар,
прорвать фронт, вторгнуться в глубину обороны противника — и там
самостоятельно вести наступательный бой до полной победы, для чего иметь
в своем составе все необходимые виды оружия — ИМЕЮЩИЕ РАВНУЮ С ТАНКАМИ
СКОРОСТЬ.

Танки правды не боятся. Часть 2

Французская военная мысль отводила танкам сугубо тактическую роль —
Гудериан сделал танковую дивизию инструментом оперативного искусства!
А что в пору становления германских танковых войск делала РККА?
Во-первых, она ПО ИНЕРЦИИ продолжала готовиться К ВОЙНЕ С ПОЛЬШЕЙ — продолжая строить новые и новые сотни Т-26 и БТ.
Во-вторых, она целиком и полностью окунулась (вернее, была окунута) во
внутриполитическую борьбу в Советском Союзе — её офицерский корпус в то
время, когда немцы усиленно создавали свой вермахт, подвергался
беспощадной чистке — товарищ Сталин старательно избавлялся от
сторонников «мировой революции», коих среди его маршалов и генералов
было с избытком.
А когда идет чистка — до совершенствования ли военной доктрины?
Таким
образом, к августу 1939 года РККА пришла с танковым парком, идеально
годным для войны с Польшей и Румынией: пусть и слабобронированные, но
зато многочисленные и довольно сильно вооруженные советские танки имели
перед противником преимущество в количестве (у поляков в строю
имелось 180 аналогов нашего Т-26 — РККА располагала девятью тысячами
таких танков, против двух с половиной тысяч советских танкеток
«Карден-Ллойд» у Польши было всего шестьсот подобных агрегатов, а уж
пяти тысячам танков серии БТ полякам вообще противопоставить было
нечего; что касается румын, то их бронетанковая мощь ограничивалась 126
танками ЛТ-35 (R-2), 75 старыми «Рено» FT-17 и 40 танками «Рено» R-35,
плюс в кавалерии имелось три с половиной десятков танкеток R-1
), а
их недостаточная защищённость с лихвой компенсировалось малочисленностью
вражеской противотанковой артиллерии и обширностью потенциального
театра военных действий.
У поляков к 1.09.1939 года на
вооружении имелось всего 1820 37-мм противотанковых орудий «Бофорс», а
их полевая артиллерия (французские пушки образца 1897 года, русские
«трехдюймовки» образца 1902 года, гаубицы и мортиры времен Первой
мировой войны) к противотанковым действиям была крайне малопригодна.
У румын силы ПТО были ещё скуднее, в составе 48 противотанковых рот у
них имелось менее тысячи орудий, в штате их пехотной дивизии
насчитывалось всего 18 37-мм и 24 47-мм противотанковых пушек.
Но 1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу — и с этого момента
вся двадцатилетняя подготовка Красной Армии к войне пошла псу под хвост;
враг, с которым Советский Союз готовился воевать на Западе, Войско
Польское, исчез, а вместо него на советских рубежах появился вермахт —
потенциальный противник, для борьбы с которым ВСЯ БРОНЕТАНКОВАЯ ТЕХНИКА
Красной Армии НЕ ГОДИЛАСЬ…

Танки правды не боятся. Часть 2

Источник
http://imhoclub.by/ru/material/tanki_pravdi_ne_bojatsja_5#ixzz4QXzJbfBy

Добавить комментарий